Образ Христа в «Двенадцати» связан и с увлечением Блока историческими параллелями, точнее — с ошибочными историческими воззрениями, по форме своей аналогичными тем, о которых уже говорилось в связи со «Скифами». Блок рассуждал примерно так: с победой христианства, как более прогрессивного по сравнению с язычеством культа, погибла Римская империя, погибло варварство. Христианство — новая эра, новая страница в истории человечества, и она связана с именем Христа.
Октябрьская революция тоже открыла новую страницу,- значит и теперь должен быть какой-то свой Христос, который олицетворял бы новое направление жизни. Вскоре после завершения «Двенадцати» Блок написал статью о «римском большевике» Катилине («Катилина»); в статье есть такие слова: «В его время подул тот ветер, который разросся в бурю, истребившую языческий старый мир. Его подхватил ветер, который подул перед рождением Иисуса Христа, вестника мира». (Вспомним, что с шумом ветра вошел в сознание Блока Октябрь). Иисус Христос в поэме Блока ничего общего не имеет с Христом церкви и богословов: он — символ святости революции, а не бога. В работах о Блоке возник спор: для кого Христос — для Блока или для красногвардейцев? То есть — если Блок не был верующим, то городская голытьба, выступившая на борьбу со старым миром, не рассталась еще с верой в бога. Но ведь для Блока было важно и героев поэмы связать с его пониманием Христа. И суть дела не только в том, что и Блок и красногвардейцы ненавидят попов («Напились они, попы, нашей крови, как клопы»,- говорят они в черновике поэмы), но и в том, что герои отвергают и Христа. Блок сознательно подчеркивает безверие своих героев. В этом может убедить, в частности, сопоставление разных вариантов поэмы. Так, в черновых набросках было:
— Эх, вьюга какая, спасе!
— Где ты спаса видел, Вася?
— Вопрос мог быть истолкован двояко — и как насмешка над Васей, и как заинтересованность — где же он, этот спас? В окончательном варианте — уже чистая насмешка, больше того — упрек Петьке:
— Ох, пурга какая, спасе!
— Петька! Эй, не завирайся От чего тебя упас
— Золотой иконостас?
Строка. «И идут без имени святого» в черновом варианте звучала иначе: «И идут без имени и слова». Как видим, и здесь поэт решил подчеркнуть безверие красногвардейцев.
Ценность поэмы «Двенадцать» заключается в том, что в ней дано сатирическое обличение старого мира и вдохновенно воспет революционный подвиг народа. Поэма устремлена в будущее. В ней нет ни одной фальшивой ноты, что дало Горькому основание высоко оценить ее. Характеризуя романтическую литературу как «верующую в завтрашний день», сквозящую «сиянием...

будущего», Горький писал: «Современный литератор должен быть романтиком и писать примерно так, как написана поэма Блока «Двенадцать», произведение, которое не позволяет рассматривать себя с точки зрения хулы или хвалы действительности».
Жизнь сразу же сказала свое веское слово о поэме. Ряд ее строк стал революционными лозунгами, на домах Петрограда висели плакаты со стихами из «Двенадцати»:
— Мы на горе всем буржуям
— Мировой пожар раздуем.
— Революционный держите шаг!
— Неугомонный не дремлет враг!
Поэму издают во многих городах страны — не только в Петрограде и Москве, но и в Киеве, Тифлисе, Баку, Одессе, Харькове, Чите и др.; в районах, захваченных белогвардейцами и интервентами, она распространялась как прокламация. Интересен и такой факт. В 1922 году в г. Сумы возникла первая пионерская организация. Задумались дети, как ее назвать. Один из пионеров воскликнул: «Вот я прочитал недавно в красноармейской газете, которую дядя привез с фронта: Мы на горе всем буржуям Мировой пожар раздуем!»
После небольшой дискуссии приняли решение: «Назовем наш союз «Мировой пожар раздуем!» И вывели эти слова мелом на двери особняка, в котором разместилась организация В августе 1922 года, в годовщину смерти Блока, в газете «Одесские известия» была напечатана статья Эдуарда Багрицкого, в которой поэма оценивалась как яркое революционное произведение: «В то время, когда русская интеллигенция и возглавляющие ее писатели впали в ничтожество, трусливо ежась у старого запечья, А. Блок первый увидел за кровью, забрызгавшей улицы, за низким густым дымом пожаров и огнем выстрелов ясный лик революции. Он олицетворил ее в облике Христа, несущего миру новое учение. Это Христос-социалист, идущий под красным флагом впереди 12 красногвардейцев — апостолов нового мира, через кровь и грязь к неистребимой вере мирового освобождения».
В лагере врагов поэма «Двенадцать» вызвала взрыв злобы. Блока обвинили в «патологическом кощунстве», во «вторичном распятии Христа» и т. п. Но ничто не могло помешать революционному звучанию своеобразнейшего произведения поэзии.
Поэма «Двенадцать» оказала большое влияние на развитие литературы. Ее интонации мы слышим в поэме Маяковского «Хорошо», особенно в 7-й главе, в которой описывается стихийное движение крестьянства в революции. Однако здесь заметна и полемика с Блоком. Изображая крестьянское движение теми же средствами, что и движение городской голытьбы в поэме Блока, Маяковский как бы говорил, что с Блоком его сближает правдивое отражение фактов, в раскрытии же организующей силы революции Блок и Маяковский расходились: первый из них поставил во главе борцов революции — Христа, второй гениально подытожил:
— Этот вихрь, от мысли до курка, и постройку,
— и пожара дым прибирала партия к рукам, направляла, строила в ряды.



1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд (No Ratings Yet)
Загрузка...

Образ Христа в поэме Блока «Двенадцать»