Своеобразие критической прозы Блока

Проза Блока широка по тематическому охвату и многообразна по жанрам. Критические жанры Блока, как и у других критиков, определялись конкретным содержанием его критического творчества, жанрообразующим началом его тематических заданий, ведением его тематических линий, а, в конечном счете, его мировоззрением, сутью и всем строем его мышления. Но Блок, как и всякий участник текущей литературной жизни, не мог, наряду со всем этим, не ориентировать жанры своей критики на формы, установившиеся в изданиях, в которых он печатался. Ему приходилось, кроме того, хотя и не часто, выступать с публичными речами, рефератами, лекциями, приветствиями, – и жанр этих выступлений, бесспорно, определял жанровые признаки соответствующих им печатных текстов.
Участие Блока в журналах, газетах, сборниках и других изданиях выразилось в довольно большом количестве напечатанных статей, рецензий, памяток, некрологов, предисловий и в нескольких сюжетно разработанных зарисовках. В порядке самой общей, как бы предварительной, классификации мы имеем основание обобщить этот разнообразный материал, разбив его на две части, в определении которых существенную роль играет. признак “большой” и “малой” формы. Большая форма – это статьи Блока (сюда относятся и очерки), малая – рецензии.
Однако реальная типология жанров, прозы Блока, как и у любого оригинального критика, лишь приблизительно координируется с этой абстрактной жанровой схемой. Лиризм, стихийное стремление к образному построению и многие другие особенности блоковской прозы – индивидуальные и зависимые от общих тенденций искусства начала века – вырастали в ней как особые доминанты, смещавшие отчасти не только намеченные выше, но и все возможные жанровые границы. Так, лирические статьи (например, “Безвременье”, “Поэзия заговоров и заклинаний”) или лирические рецензии (например, на “Вторую симфонию” Белого или замечательный отзыв на пятый сборник “Знания”), оставаясь в общем смысле статьями и рецензиями, приобретали у Блока силой своего лиризма и особой образности не только отличительный содержательно-стилевой, но и специфически-индивидуальный жанровый характер, сдвигаясь в сторону стиховой лирики и лирического этюда.
Недаром Блок имел возможность, не нарушая стиля своих статей, вводить в их текст свои лирические стихотворения или их фрагменты (см. статьи “Безвременье”, “О современном состоянии русского символизма”, “Памяти В. Ф. Комиссаржевской”). Он пользовался этой возможностью редко, но самый факт ее существования показателен. В границах пушкинской или, скажем, ахматовской эстетической нормы такое сближение лирики и критики было бы немыслимым.
Если говорить о правиле, а о преобладающей тенденции, можно утверждать, например, что статьи Блока в журналах (и книгах), как это обычно бывает, значительно превосходили по своим размерам его газетные статьи, объем которых естественно ограничивался компактной газетной формой. Для сравнения достаточно сопоставить хотя бы его большие журнальные обозрения – “О реалистах”, “О лирике”, “О драме” – с короткими газетными статьями-фельетонами: “Вечера “искусств”, “Душа писателя”, “Горький о Мессине”, “Искусство и газета”. При этом следует заметить, что самые большие по размерам журнальные выступления Блока намного меньше, чем общеизвестные хрестоматийные статьи Добролюбова и даже статьи Михайловского, и все же они в несколько раз больше принятого, прочно установившегося типа критических опусов, которые помещались в наиболее авторитетном журнале символистов “Весы”.
Стиль многих, особенно ранних журнальных статей и рецензий Блока, помещенных в модернистских органах (в журналах других направлений Блок-критик дооктябрьского периода, как было сказано, печатался крайне редко), в какой-то мере сближается с лирически окрашенной метафористскоп поэтикой, характерной для символистской критики. Статьи и рецензии Блока, предназначенные для газет дооктябрьского и послеоктябрьского времени, то есть для широкого читателя, ориентированы на газеты и по своему языку (“общепонятность”), и по своему тематическому ракурсу. Здесь духовная и эстетическая эволюция Блока толкала его к поискам новых для него видов критической прозы, и он находил в газетных формах опору для реализации этих исканий. Газетные выступления Блока того времени как бы оформляли его отход от модернистского стиля. Блок писал свои газетные статьи проще, “доходчивей”, чем журнальные, усиливая в их стилистике “рационалистический элемент” и нередко поворачивая их к публицистическим темам (“Литературный разговор”, “Пламень”), хотя самый факт литературной работы в газетах иногда вызывал в нем сомнения и мысли о возможной вульгаризации (см, его статьи 1912 года “Искусство и газета” и “Непонимание или нежелание понять?”). И все же не случайно поэма “Двенадцать” была впервые напечатана в газете.
В то время как для ряда других писателей (например, для Леонида Андреева) и критиков (например, для молодого Корнея Чуковского) движение из “газетного мира” (Чуковский называет его “газетной трясиной”) в “мир журналов и сборников” явилось положительным фактом литературного развития, для Блока это движение в некоторых отношениях имело обратное значение; отдаление от “журнального мира” и сближение с “газетным” более или менее соответствовало очень важному и плодотворному для него идейно-творческому сдвигу.




1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд (No Ratings Yet)
Loading...


Характеристика героев господа головлевы.
Сейчас вы читаете: Своеобразие критической прозы Блока