Образ помещика Собакевича в поэме «Мертвые души»

В отличие от Ноздрева Собакевича нельзя причислить людям, витающим в облаках. Этот герой твердо стоит на земле, не тешит себя иллюзиями, трезво оценивает людей и жизнь, умеет действовать и добиваться того, чего хочет. При хар-ке его быта Гоголь во всем отмечает основательность и фундаментальность. Это естественные черты жизни Собакевича. На нем и на обстановке его дома лежит печать неуклюжести, уродливости. Физическая крепость и неуклюжесть выступает в облике самого героя. «Он был похож на средней величины медведя»,- пишет о нем Гоголь.

В Собакевиче преобладает животное начало. Он лишен каких бы то ни было духовных запросов, далек от мечтательности, философствования и благородных порывов души Смысл его жизни состоит в насыщении желудка. Сам он отрицательно относится ко всему, что связано с культурой и просвещением:» Просвещение — вредная выдумка». В нем уживается поместный существователь и накопитель. В отличие от Коробочки, он хоршо понимает окружающую обстановку и понимает время, в которое он жвет, знает людей. В отличие от остальных помещиков он сразу понял сущность Чичикова. Собакевич — это хитрый пройдоха, наглый делец, которого трудно
провести. Все окружающее он оценивает лишь с точки зрения своей выгоды. В его разговоре с Чичиковым раскрывается психология кулака, умеющего заставить крестьян трудиться на себя и извлечь из этого максимальную выгоду. Он прямолинеен, достаточно груб и никому ни во что не верит. В отличие от Манилова, в его восприятии все люди — разбойники, негодяи, дураки.( в доме Собакевича все удивительно напоминало его самого. Каждая вещь как бы говорила:»И я тоже Собакевич».
Описание деревни и хозяйства помещика свидетельствует об определенном достатке. «Двор окружен был крепкою и непомерно толстою деревянною решеткой. Помещик, казалось, хлопотал много о прочности. Деревенские избы мужиков тож срублены были на диво. все было пригнано плотно и как следует».
Описывая внешность Собакевича, Гоголь прибегает к зоологическому уподоблению — сравнению помещика с медведем. Собакевич — чревоугодник. В своих суждениях о где он поднимается до своеобразной «гастрономической» патетики: «У меня когда свинина — всю свинью давай на стол, баранина — всего барана тащи, гусь — всего гуся!» Впрочем,
Собакевичу, и этим он отличается от Плюшкина и большинства других помещиков, кроме разве что Коробочки, присуща некоторая хозяйственная жилка: не разоряет собственных крепостных, добивается известного порядка в хозяйстве, выгодно продает Чичикову мертвые души, отлично знает деловые и человеческие качества своих крестьян.
Образ Собакевича занимает достойное место в галерее помещиков. «Кулак! Да еще и бестия в придачу» — такую характеристику дал ему Чичиков. Собакевич, бесспорно, помещик-накопитель. Деревня у него большая, обустроенная. Все постройки хоть и неуклюжи, но прочны до крайности. Сам Собакевич напомнил Чичикову средней величины медведя — большой, неуклюжий. В портрете Собакевича совсем нет описания глаз, которые, как известно, являются зеркалом души. Гоголь хочет показать, что Собакевич настолько груб, неотесан, что в теле его «совсем не было души». В комнатах Собакевича все такое же неуклюжее и большое, как он сам. Стол, кресло, стулья и даже дрозд в клетке, казалось, говорили: «И я тоже Собакевич». Просьбу Чичикова Собакевич воспринимает спокойно, но требует за каждую мертвую душу по 100 рублей, да еще и нахваливает свой товар, как купец. Говоря о типичности подобного образа, Гоголь подчеркивает, что люди, подобные Собакевичу, встречаются везде — ив провинции, и в столице. Ведь дело не во внешности, а в натуре человека: «нет, кто уж кулак, тому не разогнуться в ладонь». Грубый и неотесанный Собакевич — властелин над своими крестьянами. А если бы такому подняться повыше да дать ему власть побольше? Сколько бы бед он мог натворить! Ведь о людях он придерживается строго определенного мнения: «Мошенник на мошеннике сидит и мошенником погоняет».

1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд (1 votes, average: 5,00 out of 5)


Сейчас вы читаете: Образ помещика Собакевича в поэме «Мертвые души»