Книжные предисловия к “Слову о полку Игореве”


Определенными литературными вкусами и потребностями обладали не только древнерусские писатели, но и древнерусские читатели. История древнерусской литературы имеет пока односторонний, “автороцентристский” характер, хотя может дать более широкую картину творческой жизни древнерусского общества. Активная роль древнерусских читателей мало изучена, ибо недостаточно ясен их творческий облик. Изучение читательских интересов требует особого подхода к источникам. Так, при анализе вкусов отдельных писцов и редакторов разыскиваются написанные или составленные ими сборники. При анализе духовных потребностей отдельных читательских коллективов рассматривается состав крупных древнерусских библиотек, в основном монастырских, или же комплексы рукописей местного бытования. Этот подход к теме позволяет полно выявлять относительно частные факты, создавая фундаментальную базу для будущих обобщений.
Наш подход несколько иной. Мы “забегаем вперед” и пытаемся сразу обрисовать основные читательские интересы за тот или иной период в целом. Для этого мы отбираем источники лишь по одному существенному признаку – по признаку их популярности среди читателей или предназначенности для широкого распространения в древнерусском обществе. Распространенные произведения, по нашему мнению, свидетельствуют о неких распространенных читательских


потребностях. Так мы узнаем главный ориентир для будущих обобщений. Оба указанных подхода взаимосвязаны, дополняют и проверяют друг друга как общая схема намечаемого пути и подробная карта его реальных отрезков. Но каждый из подходов нуждается в самостоятельной разработке.
Будучи относительно самостоятельной частью книги, предисловие могло перемещаться с места на место. Тот же “Изборник Святослава” 1078 г. начинался с предисловия писца, которое повторялось еще раз вместо послесловия. В “Житии Феодосия Печерского” в “Успенском сборнике” предисловие также повторялось еще раз на месте послесловия.
В общем, читатели XI-XII вв. часто могли видеть предисловия. Из 33 дошедших русских четьих книг XI – XII вв., по крайней мере 14 рукописей, т. е. более 40%, содержат предисловия”. Если учесть, что некоторые книги из числа 33 дошедших рукописей, имеющие предисловия в полных списках XI-XIV вв., имели такие предисловия в дефектных ныпе списках XI-XII вв., то показатель возможной распространенности книг с предисловиями среди читателей увеличивается еще больше.
Обозначенное явление прежде всего можно попытаться объяснить как мираж, кажущийся исследователю, но не отражение истинного положения вещей. Мы оперируем лишь небольшим числом рукописей XI-XII вв., а при подсчетах малые числа таят опасность больших искажений. Попытаемся добавить, хотя и сугубо предположительно, еще ряд крупных по объему четьих сочинений, которые на Руси XI-XII вв. могли бытовать в виде отдельных рукописных книг.
Без обширных книговедческих и текстологических исследований, очевидно, нельзя точно и полно восстановить книжный репертуар Киевской Руси. Но даже самые предварительные дополнения вновь указывают на распространенность книг с предисловиями среди читателей XI-XII вв.: из 23 перечисленных нами сочинений, которые могли бытовать в виде отдельных рукописей, по крайней мере 18 содержат предисловия. Всего, таким образом, из 66 реально дошедших или предположительно существовавших четьих рукописных книг XI-XII вв. 34 рукописи имели предисловия.
Причину распространенности предисловий нужно искать в особенностях самих древнерусских книжников – так мы будем называть всех вместе переводчиков, авторов и переписчиков. Если исходить из предположения о формальной идентичности книжных предисловий в Византии и на Руси, то тогда все сводилось к переносу на Русь византийско-болгарской традиции предпосылать предисловия к книгам и сочинениям.
Попытаемся точнее определить эту традицию. Всеобщий канон, несомненно, отсутствовал, иначе предисловия попадались бы повсюду. Но, вероятно, существовала византийская, а затем и древнерусская авторская традиция сопровождать предисловиями большие книги. Многие дошедшие древнерусские рукописи XI – XII вв. с предисловиями это и есть большие книги. Однако подобной традицией нельзя полностью объяснить особенности в распространении предисловий даже в дошедших рукописях, так как их, с одной стороны, не имела относительно заметная часть больших книг: из 18 целиком дошедших русских четьих книг XI-начала XIII вв. нет предисловий у 4, а из 23 реконструируемых книг XI-XII вв. нет предисловия у 5 книг, т. е. как минимум у 20% больших книг предисловия отсутствуют. С другой же стороны, предисловия нередко были у относительно небольших сочинений в составе сборников, – в многочисленных статьях по крайней мере 5 реально дошедших книг и сборников XI-X И вв. и в 4 реконструируемых.
Полностью объяснить распространенность предисловий не удается ни какими-либо отдельными формальными традициями, ни их разнородным сводом. Хотя большинство предисловий, судя по дошедшим рукописям XI-начала XIII вв., действительно, принадлежало к переводным сочинениям, предисловия далеко не механически переносились в переводимый текст. Переводя, в частности “Историю иудейской войны”, переводчики даже выбросили предисловие.
В нашем распоряжении находится вполне представительная часть всей бытовавшей на Руси XI-XII вв. массы книг и сочинений с предисловиями: кроме реально дошедших древнерусских рукописей XI-XII вв., содержащих в основном переводные произведения, сюда относятся почти все крупные русские четьи сочинения XI-XII вв., довольно полно выявленные к настоящему моменту историками древнерусской литературы 7.
Помимо переводов, предисловия или вступительные части существовали в древнейших русских произведениях различных жанров, например, у анонимного “Сказания о Борисе и Глебе” и у Несторова “Жития Феодосия Печерского”, списки которых дошли в составе “Успенского сборника”, в “Поучении” Владимира Мономаха, “Хождении” игумена Даниила, “Словах” Кирилла Туровского, “Слове о полку Игореве”. Конечно, древнейшие русские авторы испытали определенное греко-болгарское влияние и при сочинении предисловий, но все-таки составляли они оригинальные предисловия, отнюдь не рабски повторявшие византийские образцы. Очевидно, нужно обратить внимание на содержание предисловий. Распространенность предисловий объяснима нежностью их содержания для древнерусских книжников. Легко выделяются типичные, повторяющиеся темы предисловий, переводных и оригинальных вместе.
Уточним, кто именно здесь подразумевался. Византийские авторы, естественно, имели в виду византийских читателей и слушателей. Древнерусские же переводчики, переводя предисловия, чужими словами обращались уже к древнерусским читателям, подобно тому, как чужие слова обращали к своим современникам и древнерусские переписчики. Если наше допущение верно, то можно говорить о выраженной в предисловиях неиссякаемой потребности древнерусских книжников в древнерусских читателях.
Правда, кроме меняющегося адресата, обращения к читателям в предисловиях древнерусских рукописей по существу не отличались от византийских. Древнерусские книжники XI-XII вв. входили в вечный ряд книжников с их вечной потребностью в читателях.
И все-таки типичные темы предисловий, бытовавших на Руси XI-XII вв., не повторяли весь состав трафаретных тем византийских предисловий. Изучение последних – особая задача. Мы полагаем, что древнерусские книжники проявили тяготение лишь к некоторым типичным темам, что и позволяет различить их собственные потребности.



1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд (No Ratings Yet)
Loading...


Forelingual.
Сейчас вы читаете: Книжные предисловия к “Слову о полку Игореве”