Становление нового человека в революции (“Разгром”)

Над романом “Разгром” Фадеев работал в течение трех лет (с 1924 по 1927 год). В романе дана общая широкая картина великой переделки мира и человека после революции; это книга о “рождении человека”, о формировании характера нового человека. “Первая и основная мысль романа, – писал Фадеев, – все враждебное сметается революцией, все неспособное к настоящей революционной борьбе, случайно попавшее в лагерь революции, отсеивается, а все поднявшееся из подлинных корней революции, из миллионных масс народа, закаляется, растет, развивается в этой борьбе. Происходит огромнейшая переделка людей”.
Становление героя в революции писатель прослеживает на примере центрального героя – Мо-розки.
В начале романа Морозка нарочито выделен: ординарец, а не член отряда. Морозка во многом воплощает стихийное начало партизанского отряда, и доказательство тому – кража дынь, событие, которое противоречит любой упорядоченности. Но постепенно Морозка приближается к отряду. И это не случайно заложено еще в начале романа. Предыстория Морозки очень похожа на предысторию Павла Власова – будущего героя-революционера. Да и в первой главе Морозка говорит важнейшие для автора слова: “Уйтить из отряда мне никак невозможно, а винтовку сдать – тем паче. Поэтому не из-за твоих расчудесных глаз, друже мои Левин-сон, кашицу мы заварили.” Что это означает?

Это означает, что для Морозки существует главное – идея, вера в будущую победу. Поэтому и приход Морозки в отряд, и его гибель, и подвиг закономерны и оправданны. Морозка неизбежно должен был прийти к единству с людьми, к полному ощущению общего дела.
Противопоставлен Морозке герой, с которым Морозка встречается и расстается в экстремальных ситуациях, – Мечик. Мечик сразу противопоставлен всему отряду: интеллигент, окончил школу, в отряд получил направление от партии эсеров.
Реальность оказывается другой: сначала его принимают за эсеровского шпиона, потом вместо коня дают старую кобылу Зючиху. Мечик для Фадеева – “человек-имитация”. В конце концов он признается сам себе, что больше всего на свете он любил все-таки самого себя.
Однако по образу Мечика нельзя судить об интеллигенции и революции вообще. Рядом показан врач Сташинский, для которого существует в первую очередь слово “надо”, а уж потом – все остальное, и, конечно, командир отряда Левинсон.
Левинсон Фадеева сознательно ориентирован на толстовского Кутузова. Он обладает умением “распутывать факты”, чувствовать настроения отряда, стремления и тонкости людей. Он не идеален, подвержен сомнениям, но именно он олицетворяет нравственную и интеллектуальную силу революции. Его организационная сила – сила моральная и в то же время – сила партийная, большевистская.
Как и во всей русской литературе, рядом с темой интеллигента встает и вопрос гуманизма. Имеет ли право Левинсон применять свою власть? Имеет ли он право посылать людей на смерть? И почти “достоевский” вопрос: имеют ли Левинсон и Сташинский право на смерть Фролова?
В сложных условиях партизанского отряда абстрактные гуманистические формулы не работают, тут уже не обойтись красивыми фразами. Полезно для революции, “на пользу советской власти” – вот критерий, которым Фадеев определяет “добро и зло”. Гуманизм Левинсона – гуманизм социалистический, здесь общее дело, общая идея светлого будущего важнее каждой отдельной жизни. Гуманизм Левинсона, все его действия оправданы будущим.




1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд (No Ratings Yet)
Loading...


Анализ стихотворение к чаадаеву.
Сейчас вы читаете: Становление нового человека в революции (“Разгром”)