Толстой пересказывает не итоги внутреннего движения человеческой личности, а проникает в самый процесс ее мышления, ее чувствования. Не удовлетворяясь изображением внешних движений чувства, он обращается к раскрытию самого процесса психической жизни, непрерывного потока возникновения и смены, противоречивого сочетания различных мыслей, чувств, ощущений, сознательных устремлений и подсознательных импульсов. Задача писателя показать «текучесть человека; то, что он один и тот же, то злодей, то ангел, то мудрец, то идиот, то силач, то бессильнейшее существо». Эта, дневниковая запись относится к 1898 году. Но уже в первой редакции «Детства» мы находим рассуждение Толстого о том, что он не умеет прилагать к людям качественно противоположные эпитеты: добрый, злой, глупый, умный и т. д. Тема «текучести» человека — это постоянная тема писателя.
Уже в ранней молодости он почувствовал невозможность описать человека в определительных терминах: «Мне кажется, что описать человека собственно нельзя; но можно описать, как он на меня подействовал. Говорить про человека: он человек оригинальный, добрый, умный, глупый, последовательный и т. д. — слова, которые не дают никакого понятия о человеке, а имеют претензию обрисовать человека, тогда как часто только сбивают с толку». Отказавшись от статистических способов описания психики, Толстой в романе «Воскресение» так говорит о художественном воссоздании внутреннего мира человека: «Одно из самых обычных и распространенных суеверий то, что каждый человек имеет одни свои определенные свойства, что быка от человек добрый, злой, умный, глупый, энергичный, апатичный и т. д. Люди не бывают такими. Мы можем сказать про человека, что он чаще бывает добр, чаще умен, чем глуп, чаще энергичен,...

чем апатичен, и наоборот; но будет неправда, если мы скажем Про одного человека, что он добрый или умный, а про другого — что он злой или глупый. А мы всегда так делим людей. И это неверно. Люди как реки: вода во всех одинаковая и везде одна и та же, но каждая река бывает то узкая, то быстрая, то широкая, то тихая, то чистая, то холодная, то мутная, то теплая. Так и люди. Каждый человек носит в себе зачатки всех свойств людских, и иногда проявляет одни, иногда другие, и бывает часто совсем непохож на себя, оставаясь одним и самим собою».
О характере психологического анализа интересно и верно писал С. Г. Бочаров: «.именно процессу, а не результату уделяет Толстой главное внимание. В одном из писем уже позднего периода Толстой высказал взгляд на задачи психологического анализа, прямо противоположный тургеневскому: «Главное-работа внутренняя, душевная, и чтобы показана была не оконченное, работа, а процесс работы на самом деле» (65; 197). Дело в том, что оконченная работа — это какой-то итог, а итоги зависят от наличных социальных связей и определяются ими». Толстому важно уловить и проанализировать и те моментальные, быстро уходящие мгновения в нравственно-психологическом состоянии литературного героя, которые могут и отсутствовать в итогах, результатах психологического процесса, и никак не выразиться в его поведении.
Но процессы психической жизни, «полумечтательные, полурефлективные сцепления понятий и чувств», изображаются Толстым в их неразрывном единстве с воздействиями внешнего социального и природного мира.
В произведениях Толстого центральной является проблема духовного становления нравственно-полноценной личности, диалектика этого становления, и



1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд (No Ratings Yet)
Загрузка...

Психологизм человека у Толстого