Моя семья в судьбе России (5)

“.презрев священную память предков, отдавших за нас свои жизни,:мы покрыли российскую историю пятном:, которое омрачает духовную жизнь общества: Началось на веки вечные возрождение славных многополезных традиций: мы начали рассматривать себя как продолжателей деяний многих и многих поколений наших предков:”.
Из послания Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия
Что, если задать вопрос первому встречному: “Что вы знаете о ваших прадедушках и прабабушках?”. Большинство молодых людей в лучшем случае припомнят имена

своих предков. Многие и того, увы, не знают. Я не раз задумывалась над этим вопросом. Разобраться мне в этом помог спецкурс “Власть над геном”. Работая над проектом “Генограмма моей семьи” в рамках спецкурса, я узнала много интересного из истории моей семьи. Эта работа увлекла меня, а затем и мою маму, которая не останавливается в своих исследованиях и до сих пор. В процессе работы над исследованием архива нам стали известны многие подробности о наших предках, о роде их занятий, миграции и т. д.
В своем сочинении я хотела бы рассказать о своих предках по маминой линии. Они приехали в Россию в Крым в начале 19
века из Германии в числе многочисленных переселенцев по приглашению российского правительства для основания колоний “дабы они служили примером тамошним жителям” (Григорий Потемкин). Причиной эмиграции немцев было не только приглашение России, но и последствия Семилетней войны на их родине, французская оккупация после войны с Наполеоном, неурожаи, голод и ограничения свободы вероисповеданий. Немцы получили в Крыму значительные наделы земли, были освобождены от рекрутской повинности и от налогов.
Моя прабабушка Эльза Фрейман (1905 г. р.) была из рода небогатых немцев. Ее отец Якоб Михайлович Фрейман родился в Германии в 1868 г., приехал в Россию маленьким ребенком. В 1899 г. он женился на Мюллер Фане Яковлевне (1878 г. р.), уроженке г. Феодосии. Его жена рано умерла и оставила его с пятью ребятишками. Моей прабабушке Эльзе с детства приходилось много работать, чтобы помочь отцу воспитать братьев и сестер.
Начиная с 1914 г., в связи с началом Первой мировой войны, антигерманские настроения повсеместно усиливались, “золотой век” для немецких колонистов в России закончился. 2 февраля 1915 г. царское правительство создало орган по ликвидации немецких поселений, который отбирал у мирных немцев все нажитое ими имущество. Прабабушка Эльза рассказывала моей маме, как было тяжело в это время немцам, как приходилось одевать на себя по несколько юбок и рубах, чтобы сохранить на себе хоть часть своей одежды, как дома и дворы оставались пустыми после первого этапа раскулачивания, как приходилось все наживать заново. Работая в разных домах прислугой, она познакомилась с моим прадедом Христианом Иогановичем (1904 г. р.). Его отец, Книттель Иоханес (1870 г. р.) был поселянином, мать Луиза Штерле (1874 г. р.) родом из семьи мещанина. Его семья имела большой дом в центре г. Симферополя. В 1927 г. прадед и прабабушка поженились.
В 30-е годы немцы снова подверглись раскулачиванию и значительным переселениям. Им пришлось обживаться по новой. У моей прабабушки Эльзы и прадеда Христиана родилось пятеро детей, последний из которых родился перед началом Второй мировой войной (14.06.1941). В это время начались самые главные испытания для моих родных и вообще для всех советских немцев Крыма и Поволжья.
Крымские немцы были выселены с полуострова в азиатскую часть СССР. Вывозили преимущественно женщин, детей и стариков. Всех мужчин от 15 до 60 лет и бездетных женщин определяли в трудовую армию, представлявшую собой лагеря для принудительных работ, где с ними обращались как с предателями Родины. Женщины и дети находились в это время под строгим надзором НКВД. В таких же условиях оказалась все мои предки: прабабушка с сыновьями, близкие и дальние родственники. Все они были разбросаны по всей территории Восточной Сибири, Урала и Казахстана. Как и всем, им пришлось пережить тяжелые испытания. Женщин, детей и стариков расселяли среди местного населения. Местные люди по-разному относились к переселенцам: одни ненавидели и презирали, но находились и добрые люди, которые делились не только кровом, но и последним куском. Не могу сказать обо всех моих предках, но мне доподлинно известно, как жила моя прабабушка в Омской области после переселения. Ей приходилось по несколько раз спускаться по крутому склону с водой к Иртышу, так как мальчишки издевались над ней и постоянно переворачивали ее коромысло. Она работала нянечкой в эвакуированном детском доме. Ее семья очень голодала. Мерзлая картошка зимой была самым вкусным для них лакомством. Мой дедушка Этвин Христианович ходил в школу зимой босиком, его постоянно выгоняли с уроков, но он очень хотел учиться и приходил снова. Мой прадед не смог выдержать всех лишений трудлагеря, ему удалось бежать. Он с трудом смог разыскать свою семью. В деревне, где жила моя прабабушка, было много переселенцев. Горе немцев и русских всех объединяло, и поэтому они смогли выжить. Я своими глазами видела, с какой теплотой встретились мой дед и его друзья через десятки лет в родной деревне. Меня поразили их дружеские отношения, пронесенные сквозь годы, их воспоминания о прожитой войне, о том, как приходилось греться на одной печке, носить одни валенки на всех, есть из одной тарелки.
13 декабря 1955 г. вышел Указ о снятии ограничений в правовом положении немцев и их семей. После этого указа многие немцы и мой прадед предприняли попытку вернуться в Крым. Почти все немцы получили отказ в прописке от местных властей. Так по воле судьбы мой дед Этвин Христианович остался жить в Сибири. Как и многие немцы его села, он работал в колхозе. В 1963 г. он приехал на стройку Красноярской ГЭС, где познакомился с моей бабушкой, Антониной Макаровной. У них родилась дочь Елена – моя мама. Они вместе почти 40 лет. У них дружная и творческая семья. Дедушка прекрасно играет на баяне, не имея никакого музыкального образования, прекрасно поет. Вместе с бабушкой они солисты ансамбля “Еще не вечер”. О них много пишут в газетах. В последнее время они активисты немецкого общества г. Дивногорска. Несмотря на свой солидный возраст (им уже 70 и 75 лет), они ходят в бассейн и в тренажерный зал, работают на даче и заряжают энергией всех окружающих их людей.
Я рассказала только об одной ветви моей семьи. По линии моей бабушки Антонины Макаровны история семьи не менее интересна. К сожалению, я пока не смогла восстановить историю моей фамилии, но работа в этом направлении продолжается. Благодаря нашей с мамой работе, установлены утраченные связи с родными, в том числе и в Германии. Главное – мы положили основу для создания генеологического древа, которое является наследием всей нашей большой семьи и последующих поколений. Ведь не зная прошлого, не будет и будущего.
Мочалова Ольга, 16 лет, г. Красноярск, Красноярская Мариинская женская гимназия – интернат, преподаватель Авдеева В. С.


1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд (No Ratings Yet)
Loading...


Вечные образы эпохи возрождения.
Сейчас вы читаете: Моя семья в судьбе России (5)