Стихотворение Пастернака “Февраль Достать чернил и плакать!”

Стихотворение Б. Л.Пастернака “Февраль. Достать чернил и плакать!.” посвящено природе.
М. Цветаева писала о Пастернаке: “Его грудь заполнена природой до предела. Кажется, с первым вздохом он вздохнул, втянул ее всю. и всю последующую жизнь с каждым новым стихом выдыхает ее, но никогда не выдохнет”.
В этом стихотворении поэт передает ту тонкую грань, когда зимний месяц февраль начинает уступать место весне. Но лирический герой, видимо, больше любит зиму, от того и получились строки;
Февраль. Достать чернил и плакать!.
Писать о феврале навзрыд,
Пока грохочущая слякоть
Весною черною горит.
Но все же первое весеннее чувство, которое просыпается еще в феврале берет верх и потому хочется:
Достать пролетку. За шесть гривен,
Чрез благовест, чрез клик колес
Перенестись туда, где ливень
Еще шумней чернил и слез.
Где, как обугленные груши,
С деревьев тысячи грачей
Сорвутся в лужи и обрушат
Сухую грусть на дно очей.
В этом стихотворении все сливается в единое целое, создается иллюзия движения, круговорота. Лирический герой становится неотъемлемой частью этого движения, и мы сами, того не подозревая, становимся участниками, свидетелями этого сказочного действия.
Ощущение движения в стихотворении создается благодаря использованию глаголов настоящего времени (сорвутся, обрушат).
Это стихотворение

очень эмоционально, последние его строки – это уже гимн весне:
Под ней проталины чернеют
И ветер криками изрыт,
И чем случайней, тем вернее
Слагаются стихи навзрыд.
Весна – символ обновления, поэтому весной и стихи “слагаются навзрыд”.
В стихотворении используются интересные метафоры, эпитеты и сравнения: “грохочущая слякоть”, “как обугленные груши”, “ливень еще шумней чернил и слез”, “обрушат сухую грусть на дно очей”, что, несомненно, придает стихотворению яркую индивидуальность.
Эмоциональность, чувства лирического героя отражает также и звуковая организация стиха.
2 вариант
В стихах Б. Л. Пастернака всегда завораживает его особое отношение к миру, его умение во всякой картине увидеть красоту и передать это неуследимое чувство любования жизнью. Ахматова замечала, что Пастернак описывает мир до шестого дня творения, когда в нем еще нет человека, а есть только природа. Цветаева также писала поэту: “Вы не человек. а явление природы. Бог по ошибке создал Вас человеком.”. Глубокие человеческие переживания Пастернак передавал через проникновенные пейзажные зарисовки, восхищаясь чудом мирозданья и ощущая себя его частью. Поэтому каждое из стихотворений мастера мы воспринимаем как развитие одной общей темы – темы красоты мира, “сгущение некоей “энергии”, развертываемой в любой точке времени и пространства” (Л. Аннинский).
Пастернак часто в стихах приурочивал пейзаж к определенному моменту -времени года или времени суток, будто обозначая реальность происходящего. Так и в стихотворении “Февраль. Достать чернил и плакать.” лирический герой словно останавливает для себя мгновения исхода зимы, он остро чувствует перемену сезона, надлом, происходящий в природе. Все это пронзительно отзывается в душе поэта и стихи его слагаются “навзрыд”. Определение “навзрыд” повторяется дважды – в первой и последней строфах, определяя общую тональность произведения. Однако четкие временные рамки подчеркивают конечность любого явления. Анализируемое стихотворение перекликается со стихотворением “Зимняя ночь”, где последняя строфа (“Мело весь месяц в феврале, / И то и дело / Свеча горела на столе, / Свеча горела”) повторяет первую, но в нее вводится упоминание месяца, как будто ориентируя читателя на то, что зимняя буря не бесконечна, ей на смену придет иное состояние природы.
Поэт буквально упивается предметностью мира, поэтическая реальность собирается у него из мелких и конкретных деталей: “достать пролетку”, “шесть гривен” извозчику. Образные ряды Пастернака помогают впустить в природу будничность и простоту из повседневной жизни. Но с конкретностью парадоксально соседствует хаотичность бытия, где все неуследимо: “.Пока грохочущая слякоть / Весною черною горит”. Стихия воспринимается лирическим героем не как что-то таинственное и вечное в своей неизбежности (это было свойственно поэзии Блока), а, скорее, как игра, забава:
Достать пролетку. За шесть гривен,
Чрез благовест, чрез клик колес,
Перенестись туда, где ливень
Еще шумней чернил и слез.
Молниеносная смена впечатлений рождает у поэта совершенно неожиданные ассоциации и образы:
Где, как обугленные груши,
С деревьев тысячи грачей
Сорвутся в лужи и обрушат
Сухую грусть на дно очей.
Сравнение грачей с обугленными грушами вносит своеобразный хаос в описание февральского ненастья, придает стихотворению эмоциональную непосредственность. Мы удивляемся свежести восприятия поэтом пейзажа. Природа у него не просто одушевлена, в ней узнаются живые черты то озорницы и проказницы, то человека с “сухой грустью” в душе. Интересно, что Пастернак почти никогда не придает неодушевленным предметам облик живых существ, но в его поэзии очеловечены действия, “повадки” природы (например, “ветер криками изрыт”). В словосочетании “грохочущая слякоть” эпитет, присвоенный заурядному природному явлению, выражает хлещущую через край энергию, которую поэт умел почувствовать в окружающей жизни.
Действительность в глазах Пастернака полна беспорядка, и описание внешнего мира помогает разобраться в душевной сумятице. Шум за окном, где “грохочущая слякоть / Весною черною горит”, где “с деревьев тысячи грачей / Сорвутся в лужи и обрушат.”, где “ветер криками изрыт”, перекликается с рыданиями души лирического героя. Аллитерация [р] сближает голос природы с голосом поэта, слагающего “стихи навзрыд”. Но рядом с плачем звучит благовест, “клик колес”, “ливень еще шумней чернил и слез”. И звук [л] рождает в нас ощущение благости, умиротворения.
Такая противоречивость мировосприятия вообще была свойственна Пастернаку. Отсюда неслучайность в его поэзии приема антитезы. Например, образ “сухой грусти”, обрушивающейся “на дно очей”, предполагает рождение у нас ассоциации с глазами, влажными от слез. В строках “И чем случайней, тем вернее / Слагаются стихи навзрыд” противопоставляются на понятийном уровне случайность и уверенность, плавность и надрывность, а на звуковом – резкий, грубый [р] с мягким, плавным [л]. Синтез зрительных, слуховых, обонятельных и осязательных ощущений сближает творчество Пастернака с поэзией Фета, они придают стихотворению страстность, неистовость, трепетность.
Кроме предметного и звукового параллелизма, мы видим, как соотносятся цветовые образы черной весны, обугленных груш, чернеющихся проталин и образ чернил, которыми выплаканы строки стихов. Здесь, вместо противопоставления, поэт ищет гармонию между велениями своего сердца и настроениями природы. Мифологический мотив дождя, традиционный в лирике Пастернака, а в этом стихотворении сочетающийся с мотивом плача, призван ознаменовать соединение земли и неба, тела и души. Опорой для поэта всегда являются стихи, и последняя строфа стихотворения становится итоговой в развитии мысли о месте человека в мире природы, его чувств, переживаний, которые с наибольшей полнотой могут быть выражены только в творчестве. Излюбленная метафора Пастернака: стих – губка: реальность впитывается, а потом выжимается на бумагу. И читатель вслед за поэтом учится смотреть на мир широко распахнутыми глазами, пленяясь его разнообразием и дивясь его богатству.




1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд (No Ratings Yet)
Loading...


Стандартной программой в oc windows являются.
Сейчас вы читаете: Стихотворение Пастернака “Февраль Достать чернил и плакать!”