Понятие ” мертвая душа ” в поэме имеет несколько значений, Чичиков скупает “мертвые души”, чтобы, оформив купчую, заложить купленных крестьян уже как живых в опекунский совет и получить за них кругленькую сумму. Но с понятием “мертвая душа” неразрывно связана социальная направленность произведения. Затея Чичикова и обычна, и фантастична. Обычна, так как покупка крестьян была повседневным делом, а фантастична, поскольку продаются и покупаются те, от кого, по определению Чичикова, “остался один не осязаемый чувствами звук”. Но разница между живыми и мертвыми оказывается условной, все дело только в странности товара. Как говорит Коробочка, “никогда еще не случалось продавать. покойников. Живых-то бы я уступила, вот и третьего года протопопу двух девок, по сто рублей каждую”. Таким образом, фантастичность события переносится с авантюры Чичикова на реальную действительность, где человек становится товаром, где бумага подменяет людей.
Постепенно трансформируется и содержание понятия “мертвая душа”. Абакум Дыров, Степан Пробка, каретник – Михей и другие умершие крестьяне, купленные Чичиковым, не воспринимаются как “мертвые души”: они показаны как люди яркие, самобытные. Этого нельзя сказать об их живых хозяевах – которые и оказываются “мертвыми душами” в подлинном смысле этого слова.
Но “мертвые души” – не только помещики и чиновники: это “безответно мертвые обыватели”, страшные “неподвижным холодом души своей и бесплодной пустыне сердца”. В Манилова и Соба-кевича может превратиться любой человек, если “ничтожная страстишка к чему-нибудь мелкому” разрастется в нем, заставляя его “позабывать великие...

и святые обязанности и в ничтожных побрякушках видеть великое и святое”. “Ноздрев долго еще не выведется из мира. Он везде между нами и, может быть, только ходит в другом кафтане”. Не случайно портрет кансдого помещика сопровождается психологическим комментарием, раскрывающим его общечеловеческий смысл. В одиннадцатой главе Гоголь предлагает читателю не просто посмеяться над Чичиковым и другими персонажами, а “углубить вовнутрь собственной души сей тяжелый запрос: “А нет ли и во мне какой-нибудь части Чичикова?” Таким образом, название поэмы оказывается очень емким и многоплановым.
Для “идеального” мира душа бессмертна, ибо она – воплощение Божественного начала в человеке. А в мире “реальном” вполне может быть “мертвая душа”, потому что для него душа только то, что отличает живого человека от покойника. В эпизоде смерти прокурора окружающие догадались о том, что у него “была точно душа”, лишь когда он стал “одно только бездушное тело”. Этот мир безумен – он забыл о душе, а бездуховность и есть причина распада. Только с понимания этой причины может начаться возрождение России, возвращение утраченных идеалов, духовности, души. Мир “идеальный” – мир духовности. В нем не может быть Плюшкина, Собакевича, Ноздрева, Коробочки. В нем есть души – бессмертные человеческие души. Он идеален во всех значениях этого слова. И поэтому этот мир нельзя воссоздать эпически. Духовный мир описывает иной род литературы – лирика. Именно поэтому Гоголь
определяет жанр произведения как лиро-эпический, назвав “Мертвые души” поэмой.




1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд (No Ratings Yet)
Loading...


“Мертвые души” Н. В. Гоголя. Смысл названия и своеобразие жанра