Фронт и тыл в поэме А. Т. Твардовского “Василий Теркин”

Поэма А. Т. Твардовского “Василий Теркин”. А. Т. Твар­довский был призван в армию в 1939 г. и снял военную фор­му только после окончания Великой Отечественной войны. Знание фронтовых будней (поэт был военным корреспон­дентом) вылилось в собирательный образ русского солда­та – Василия Теркина, веселого балагура, не унывающего ни при каких обстоятельствах. Автор писал о поэме: “Каково бы ни было ее собственно литературное значение, для меня она была истинным счастьем. Она мне дала ощущение за­конности места художника в великой борьбе народа, ощу­щение очевидной полезности моего труда. “Теркин” был для меня во взаимоотношениях писателя со своим читате­лем моей лирикой, моей публицистикой, песней и поучени­ем. Анекдотом и присказкой, разговором по душам и репли­кой к случаю”.
Жанровое своеобразие поэмы “Василий Теркин”. Сам ав­тор обозначил жанровое своеобразие поэмы – “книга про бойца”, подчеркивая достоверность изображаемого. Произ­ведение создавалось постепенно, на протяжении всей вой­ны, что придало поэме характер поэтической летописи со­бытий. Постоянные лирические отступления и обращения автора к читателю расширяют пространство “книги” и со­здают эффект причастности событиям. Представляя в “Ва­силии Теркине” судьбу простого русского солдата, поэт не мог не изобразить наравне с фронтовыми

картинами жизнь тыла в эти страшные годы.
Фронт в поэме. Фронт предстает в поэме без прикрас, со всеми тяготами и лишениями, которые выпадают солда­там. Здесь “На привале” особенно начинают цениться прос­тые человеческие радости: холодная вода, когда хочется пить, простая пища, когда охватывает голод, возможность поспать солдату:
Спит – хоть голоден, хоть сыт,
Хоть один, хоть в куче.
Спать за прежний недосып,
Спать в запас научен.
Страшные картины войны, ужасающие масштабностью, предстают в главе “Переправа”, где троекратно повторяю­щееся “на дно” усиливает трагичность звучания:
И увиделось впервые,
Не забудется оно:
Люди теплые, живые
Шли на дно, на дно, на дно.
Но за этими тягостными картинами прорисовывается ве­ра в победу, т. к. не погиб Теркин, жив простой солдатик, и чувством глубокого патриотизма завершается глава “Пере­права”:
Бой идет святой и правый.
Смертный бой не ради славы,
Ради жизни на земле.
Свой страх и боль нужно забыть, потому что от каждо­го из тех, кто на фронте или в тылу, зависит будущее Ро­дины:
На войне себя забудь,
Помни честь, однако,
Рвись до дела – грудь на грудь,
Драка – значит, драка.
И в этом чаду, в грязи и крови рождались то единение душ, та дружба, что спасала многим жизнь. Укрывали друг друга незнакомые солдаты, согревали дыханием, не надеясь увидеться когда-нибудь потом. Тыл в поэме. Описание тыла автор “Василия Теркина” включает в поэму, подтверждая мысль, что победа слагается из совместных усилий: те, кто спасал солдат от холода и го­лода, те, кто работал на заводах и выпускал оружие, “воевал” не меньше. А как нужна была воинам поддержка жен и лю­бимых, оставшихся дома, где проблем и бед было с избыт­ком:
Вновь достань листок письма,
Перечти сначала.
Пусть в землянке полутьма.
Ну-ка, где она сама
То письмо писала?
При каком на этот раз
Примостилась свете?
То ли спали в этот час,
То ль мешали дети.
То ль болела голова
Тяжко, не впервые,
Оттого, брат, что дрова
Не горят сырые?.
Возвращающаяся на Родину женщина в главе “По дороге на Берлин” становится собирательным образом всех мате­рей, потому так тепло заботятся о ней солдаты:
Мать святой извечной силы,
Из безвестных матерей,
Что в труде неизносимы
И в любой беде своей;
Что судьбою, повторенной
На земле сто раз подряд,
И растят в любви бессонной,
И теряют нас, солдат;
И живут, и рук не сложат,
Не сомкнут своих очей.
Коль нужны еще, быть может,
Внукам вместо сыновей.
Финальная глава “От автора” раскрывает основной замы­сел поэмы и ту цель, которую талантливый поэт сумел до­стичь:
Я мечтал о сущем чуде:
Чтоб от выдумки моей
На войне живущим людям
Было, может быть, теплей,
Чтобы радостью нежданной
У бойца согрелась грудь,
Как от той гармошки драной,
Что случится где-нибудь.
“Василий Теркин” стал “книгой”, в которой поэт сумел раскрыть все лучшие черты народа: патриотизм и самоот­верженность, щедрость души и доброту, смелость и смекал­ку. И. А. Бунин высоко оценил произведение А. Т. Твардов­ского: “.это поистине редкая книга: какая свобода, какая чудесная удаль, какая меткость, точность во всем и какой необыкновенный народный, солдатский язык – ни сучка, ни задоринки, ни единого фальшивого, готового, то есть литературно-пошлого слова. Возможно, что он останется автором только одной такой книги, начнет повторяться, писать хуже. Но даже и это можно будет простить ему за “Теркина”.




1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд (No Ratings Yet)
Loading...


Syntagmatic syntax.
Сейчас вы читаете: Фронт и тыл в поэме А. Т. Твардовского “Василий Теркин”