Истоки пацифизма Л. Н. Толстого

Факт войны — убийство. Л. Толстой Находясь на военной службе, Лев Николаевич Толстой мучительно думал о войне. Что такое война, нужна ли она человечеству? Эти вопросы встали перед писателем в самом начале его литературного поприща и занимали его на протяжении жизни. Толстой бескомпромиссно осуждает войну. «Неужели тесно жить людям на этом прекрасном свете, под этим неизмеримым звездным небом?» Осенью 1853 года началась война России с Турцией, Толстому разрешено было перевестись в Севастополь.

Попав в осажденный город, Толстой был потрясен

героическим духом войска и населения. «Дух в войсках выше всякого описания,- писал он брату Сергею.- Во времена Древней Греции не было столько геройства». Под грохот орудий четвертого бастиона, окутанный пороховым дымом, Л. Н. Толстой начал писать свой первый рассказ о героической обороне города, «Севастополь в декабре месяце», за ним последовали два других: «Севастополь в мае» и «Севастополь в августе 1855 года». В своих рассказах о трех этапах Крымской эпопеи Толстой показал войну «не в правильном, красивом и блестящем строе, с музыкой и барабанным боем, с развевающимися знаменами и гарцующими
генералами… а в настоящем ее выражении — в крови, в страдании, в смерти…».

Под его гениальным пером воскресает героическая оборона Севастополя. Взяты только три момента, выхвачены только три картины из отчаянной, неравной борьбы, почти целый год не утихавшей и не умолкавшей под Севастополем. Но как много дают эти картины! Это не только великое художественное произведение, но и правдивый исторический документ, драгоценное для историка показание участника.

Первый рассказ говорит о Севастополе в декабре 1854 года. Это был момент некоторого ослабления и замедления военных действий, промежуток между кровавой битвой под Инкерманом и под Евпаторией. Но если могла несколько поотдохнуть и поправиться полевая русская армия, стоявшая в окрестностях Севастополя, то город и его гарнизон не знали передышки и забыли, что значит слово «покой». Солдаты и матросы трудились под снегом и проливным дождем, полуголодные, истерзанные. Толстой рассказывает о матросе с оторванной ногой, которого несут на носилках, а он просит остановиться, чтобы посмотреть на залп нашей батареи. «Ничего, нас тут двести человек на бастионе, дня на два еще нас хватит!» Такие ответы давали солдаты и матросы, и никто из них при этом даже не подозревал, каким надо быть мужественным, презирающим смерть человеком, чтобы так просто, спокойно, деловито говорить о своей собственной завтрашней или послезавтрашней неизбежной гибели!

Безропотно переносили страшные увечья и смерть женщины, эти достойные своих мужей подруги. Второй рассказ относится к маю 1855 года, а помечен этот рассказ уже 26 июня 1855 года. В мае произошла кровавая — битва гарнизона против почти всей осаждающей город армии, желавшей во что бы то ни стало овладеть тремя передовыми укреплениями. Толстой не описывает этих кровавых майских. и июньских встреч, но читателю рассказа ясно по всему, что совсем недавно, только что, произошли очень крупные события у осажденного города. Толстой показывает, как используют солдаты короткое перемирие, чтобы убрать и захоронить убитых.

Неужели враги, только что в яростной рукопашной борьбе резавшие и коловшие друг друга, могут так дружелюбно разговаривать, с такой лаской, так любезно и предупредительно относиться друг к другу? Но и здесь, как и везде, Толстой предельно искренен и правдив, он очевидец, ему не надо придумывать, домысливать, действительность намного богаче фантазии. Третий рассказ повествует о Севастополе в августе 1855 года. Это последний, самый страшный месяц долгой осады, непрерывных, жесточайших, днем и ночью не утихающих бомбардировок, месяц падения Севастополя. «Во время обеда недалеко от дома, в котором сидели офицеры, упала бомба.

Пол и стены задрожали, как от землетрясения, и окна застлало пороховым дымом.- Вы этого, я думаю, в Петербурге не видали; а здесь часто бывают такие сюрпризы,- сказал батарейный командир.- Посмотрите, Вланг, где это лопнула». Писатель показывает героизм людей, привыкших к повседневным обстрелам. Живущих привычной жизнью. Они не осознают себя героями, а выполняют свой долг. Без громких фраз, буднично, эти прекрасные люди вершат историю, порой «уходя» в небытие.

Толстой показывает, что только превосходство союзников Турции в военной технике и материальных ресурсах физически сломило бесстрашных русских героев. Разоблачая войну, писатель утверждает моральное величие и силу русских людей, мужественно воспринявших отступление русской армии из Севастополя. Новаторство Л. Толстого в изображении войны, реализм, художественные достоинства «Севастопольских рассказов» снискали высокую оценку современников.

Некрасов писал: «Достоинства повести первоклассные: меткая, своеобразная наблюдательность, глубокое проникновение в сущность вещей и характеров, строгая, ни перед чем ие отступающая правда…» Не в этом ли кроется секрет неослабевающей популярности рассказов Толстого, полных патриотического пафоса и, несмотря ни на что, великого призыва к миру, отрицания войны как убийства.

1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд (1 votes, average: 5,00 out of 5)


Сейчас вы читаете: Истоки пацифизма Л. Н. Толстого