Житие русского грешника в повести «Очарованный странник»

Традиция изображения праведных связывает Лескова с агиографическим жанром древнерусской литературы. В повести «Очарованный странник» обнаруживается формальное сходство с каноном жития. Так, рассказ Ивана Северьяновича о детстве (раннее сиротство, моленый сын, обещанный сын) аналогичен первой части многих житийных историй. Последовательное жизнеописание соответствует второй части житийной композиции. Существенно отличен от общепринятого образ праведника: точка зрения на грех и праведность у героя не всегда совпадает с церковной.

Так, он клянется спасением души Груши, не зная Христовой заповеди, запрещающей всякую клятву.
Важный сюжетный элемент жития — борьба подвижника с искушениями. Вся повесть Лескова — рассказ о том, как герой пытается победить «беса-губителя». Однако искушения герой видит в явлениях весьма своеобразных и оказываются они вполне анекдотическими: конь, «одержимый бесом», «баринок-магнитизер», монастырская корова.
Мы видим намеренное комическое снижение образа вместо его традиционного возвеличивания. Агиографическая тональность корректируется анекдотической, а величайшее чудо, когда «вещательный
дух осенил» героя и он начал «пророчествовать» в пустом погребе о близком «всегубительстве» («исполнился страха за народ свой русский и начал молиться.»), переводит повествование в плоскость комического. Мотив чуда пророчества объясняется с точки зрения обыденного сознания и остается непроясненным («.Что он такое: так просто добряк, или помешался, или взаправду предсказатель»), а житие сбивается на анекдот. Вместо ожидания посмертных чудес в повести отчетливо звучит мотив будущего подвига. Повествование Лескова организует оппозиция «жизнь-житие» и соответственно «грешник-праведник». Причем для писателя важен не факт праведничества, но путь спасения от греха, когда душа-странница ищет его искупления. В православии путь к духовному спасению осуществляется через покаяние, покаяние же есть следствие греха. В контексте повести сознание своей греховности («Я на своем веку много неповинных душ погубил.») оказывается необходимым условием «стражбы» — пути человека к истинной святости и бессмертию души.
Подобно произведениям средневековой литературы, тексты Лескова допускают, более того — требуют многосмысленного толкования, когда каждое из прочтений верно, но недостаточно для объяснения смысла целого. В «Очарованном страннике» пафос богатырского эпоса сопрягается с комическим жизнеописанием, а мистическая история о таинственной силе оборачивается притчей о мытарствах души и искании своего подвига. На стыке этих различных смыслов возникает неповторимый русский сюжет странствий и крестной муки грешной и святой души, свершающей свой путь к бессмертию.

1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд (1 votes, average: 5,00 out of 5)


Сейчас вы читаете: Житие русского грешника в повести «Очарованный странник»