Роль эпилога в одном из произведений русской литературы XIX века (Н. В. Гоголь “Ревизор”)

А почему, собственно, не быть Хлестакову “ревизором”, начальственным лицом? Ведь смогло же произойти в другом произведении Н. Гоголя еще более невероятное событие – бегство носа майора Ковалева и превращение его в статского советника. Это “несообразность”, но, как, смеясь, уверяет писатель, “во всем этом, право, есть что-то. Кто что ни говори, а подобные происшествия бывают на свете; редко, но бывают”.
В мире, где так странно и непостижимо “играет нами судьба наша”, возможно, чтобы кое-что происходило и не по правилам.

“Правильной” становится сама бесцельность и хаотичность. “Нет определенных воззрений, нет определенных целей – и вечный тип Хлестакова, повторяющийся от волостного писаря до царя”, – писал А. И.Герцен. Ирония Гоголя идет еще дальше. Мы помним, чего стоило горожанам общение с “реви зором”. Перед ним все благоговело и склонялось. Ему подновились взятки, писались жалобы, давались важные поручения. 1Весь город жил невиданно напряженной, насыщенной впечатлениями жизнью. И оказалось, что для всего этого не было ни малейшего основания. Вся постройка возводилась ни на чем. Ну был бы хоть плут, выдававший себя
за ревизора, а то ведь все усилия рассчитывались на человека, который во всем этом просто ничего не понял. Отсвет призрачности, фантастичности падает на все существование гоголевского “сборного города”.
Талантливый критик, младший современник Гоголя, Аполлон Григорьев говорил, что персонажи “Ревизора” живут “миражной жизнью”, отражающей в конечном счете фантастическую извращенность русской действительности. “Форма без содержания, движение без цели, внешность интересов и, стало быть, пустота их. Страшная, мрачная картина. i>
Последний штрих этой “страшной, мрачной картины” – немая сцена, которая возникает в пьесе как будто неожиданно, как гром среди ясного неба. Тем не менее она подготовлена всей художественной логикой комедии. Страх, отчаяние, надежду, бурную радость – все суждено было пережить горожанам в эти несколько часов ожидания и приема ревизора. Переход от одного состояния к другому совершался с головокружительной быстротой. Рассудок не успевал фиксировать перемену; контуры реальных событий смещались и наплывали друг на друга. “Не знаешь, что и делается в голове, – говорит городничий, – просто как будто или стоишь на какой-нибудь колокольне, или тебя хотят повесить”.
И вдруг – первый удар: “Чиновник, которого мы приняли за ревизора, был не ревизор.” Перемена так внезапна, что инерция сознания еще продолжает рождать старые представления. Городничий выговаривает почтмейстеру, что тот осмелился распечатать “письмо такой уполномоченной особы”; Анна Андреевна восклицает: “Это не может быть – ведь ревизор обручился с Машенькой!” Есть в этом, конечно, и отчаянная попытка обманутых скрыть правду от самих себя.
В воздухе отчетливо запахло катастрофой, но это еще не сама катастрофа. Она пришла, когда миновало первое потрясение от удара. Казалось, исступленные жалобы городничего, поиски виновника, злорадное преследование “козлов отпущения” – Бобчинского и Добчинского – дали какой-то выход досаде и горю. Но тут новый, на этот раз непереносимый удар. Известие о прибытии настоящего ревизора. “Вся группа, вдруг переменивши положение, остается в окаменении”.
Недоговоренность “немой сцены” (ведь настоящий ревизор в пьесе так и не появился) оставляла простор для различных толко


1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд (No Ratings Yet)
Loading...


Проблема потерянного поколения в трех товарищах ремарка.
Сейчас вы читаете: Роль эпилога в одном из произведений русской литературы XIX века (Н. В. Гоголь “Ревизор”)