Композиция трагедии Пушкина “Борис Годунов”

Замечательно композиционное построение трагедии Пушкина. Этого не поняло большинство современных поэту критиков, некоторые из них даже отказывались признавать ее произведением драматического искусства. “Борис Годунов” – “не драма отнюдь, а кусок истории, разбитый на мелкие куски в разговорах”,- писал один из них. На самом деле построение пушкинской трагедии как в отношении отбора необходимого исторического материала, так и его расположения отличается глубочайшей продуманностью и исключительным художественным мастерством.

/> Почти каждая из сцен “Бориса Годунова” разработана как стройное, самостоятельное, замкнутое в себе целое. Но каждая из них – и необходимое звено в общей цепи развертывающегося действия всей трагедии. Причем все эти многочисленные звенья соединены между собой, следуют друг за другом в порядке не только внешней хронологической последовательности, айв глубокой и органической взаимосвязи. В то же время вся эта гибкая, подвижная и вместе с тем необыкновенно крепкая композиционная структура отличается столь свойственной Пушкину не только внутренней, но и внешней гармоничностью, соразмерностью частей, поражающей
симметрией.
Стройностью, гармонической уравновешенностью отличаются и отдельные сцены трагедии. Так, совершенно симметрично построен монолог Пимена, начинающийся и заканчивающийся одной и той же фразой: “Еще одно последнее сказанье”. И это тоже не внешний прием. Симметричность построения монолога, как и его глубоко эпический тон, вполне соответствует душевной уравновешенности, высокой умудренности старца-летописца.
– “Что развивается в трагедии? Какая цель ее?- спрашивал Пушкин и отвечал:-Человек и народ – Судьба человеческая, судьба народная. Вот почему Расин велик, несмотря на узкую форму своей трагедии. Вот почему Шекспир велик, несмотря на неравенство, небрежность, уродливость отделки”. В “Борисе Годунове” Пушкина перед нами – единственный в своем роде синтез сильных сторон обеих противостоящих в этом отношении друг другу драматургических систем.
Впервые сообщая одному из своих друзей, поэту и критику П. А. Вяземскому, о “Борисе Годунове”, Пушкин назвал его “романтической трагедией”. В дальнейших своих упоминаниях о трагедии он уточняет это определение, подчеркивая, что дает здесь образец “истинного романтизма”. В позднейшем наброске предисловия к “Борису Годунову” Пушкин раскрывает и то, что понимает он под истинным романтизмом: “Отказавшись добровольно от выгод, мне представляемых системою искусства, оправданной опытами, утвержденной привычкою, я старался заменить сей чувствительный недостаток верным изображением лиц, времени, развитием исторических характеров и событий,- словом, написал трагедию истинно романтическую”.
Итак, “истинный романтизм” заключается в верности изображения лиц и времени, в правдивом и осмысленном “развитии исторических характеров и событий”; другими словами, “истинный романтизм” заключается, по Пушкину, в правдивом, художественно обобщенном изображении исторической эпохи. Легко заметить, что понятие “истинный романтизм” Пушкин употребляет в том значении, в каком мы употребляем понятие “реализм” (термина “реализм” в то время вообще еще не существовало, почему Пушкин и не мог употребить его). И “Борис Годунов” действительно представляет собой подлинное чудо реалистического искусства, наряду с “Евгением Онегиным”,- одну из величайших вершин пушкинского реализма. В последующем развитии пушкинского творчества “Борис Годунов” сыграл исключительно важную, во многом определяющую роль. “Борис Годунов” был первым в ряду многочисленных художественно-исторических созданий Пушкина, таких, как “Полтава”, как “Арап Петра Великого”, “Рославлев”, “Медный всадник”, “Капитанская дочка”, “Сцены из рыцарских времен”. В некоторых из этих произведений историзм Пушкина, достигнутый им в “Борисе Годунове”, поднимается на еще более высокую ступень, но своим прямым и непосредственным родоначальником все они имеют пушкинскую народную трагедию. Равным образом в “Борисе Годунове”, в таких его сценах, как “Корчма на Литовской границе”, мы присутствуем при зарождении художественной прозы Пушкина.
В то же время “Борис Годунов” явился первым подлинно реалистическим историко-художественным произведением как русской, так и всей мировой литературы. Пушкин сумел не только дать в нем необыкновенно полную и правдивую картину прошлого, но и так глубоко, как никто из его предшественников и современников, проникнуть “мыслью историка” в общественные отношения изображенной им эпохи, в борьбу социальных сил. Равным образом и по своему духу и по своей форме “Борис Годунов” – трагедия народная, произведение глубоко демократическое.




What are the characteristics of verb.