Мастерство в изображении быта героев одного из произведений русской литературы XIX века (По роману “Обломов”)

В гороховой улице, в одном из больших домов лежал утром в постели, на своей квартире, Илья Ильич Обломов “Обломов”, И. Гончаров
Так начинается роман “Обломов”. “Дух” первой главы задан уже первым ее предложением. Мы ведь словно с высоты спускаемся туда, в Гороховую улицу, на квартиру Обломова и чуть ли не к нему в постель. Здесь, в самом начале романа, уже затрагивается тема быт. Ведь, слыша слово “постель”, мы сразу представляем квартиру, комнату, какой-то интерьер.
Любое мастерство пленяет. Мастерство же Гончарова в изображении деталей, в том числе, деталей быта, мне кажется, очень трудно оспорить. Вот, например, роман состоит из четырех частей. Небезынтересно, что первая часть “охватывает” только один день, в ней описывается один день Ильи Ильича Обломова, один день, проведенный им дома. Первая часть – это как бы пространное вступление. Что ж, вполне логично, что, поскольку Обломов провел весь день дома, уже в первой главе речь идет о быте, о доме.
Вообще, все детали быта в романе можно разделить на просто дополняющие картину и на основные, глубокие, проходящие через весь роман. Больше внимания я постараюсь уделить второй группе бытовых деталей.
Обломовский халат, его домашний костюм, “халат из персидской материи, настоящий восточный халат без кистей, без бархата, без талии, весьма поместительный, так что Обломов

мог дважды завернуться в него”. Здесь, это “определение” халата, мы начинаем задумываться о том, что из себя представляет наш герой, каков его характер. В первый раз мы встречаемся с Ильей Ильичем утром, он лежит (“лежанье” – его нормальное состояние), лежит в комнате, служившей ему спальней, кабинетом и приемной. Такая довольно необычная первая встреча с героем. Увидев Обломова, мы начинаем осматривать комнату. Она с первого взгляда кажется нам “прекрасно убранной”.
Мы все всматриваемся в окружающий нас “быт” глубже и . Обломов не может найти носовой платок, а позже оказывается, что он сам же на нем лежит. Брошенное со вчерашнего дня полотенце! , забытая на столе тарелка с ломтем хлеба. Исписанная и замасленная тетрадка, клочки бумаги (это счета от мясника, от зеленщика, от хлебника, от прачки), засохшая чернильница. Вот такой он “интерьер”.
В доме у Обломова работают два человека. Это Анисья, которая работала на кухне и “участвовала в убирании комнат только раз в году, когда мыла полы.” Все остальное делал Захар. “Он и служи Барину, и мети и чисть, он и на побегушках”. И Анисья, и Захар одеты неопрятно, оба работают не очень охотно. Такие факты опять же “раскрывают” нам характер владельца дома с такими слугами. Обломова ведь, как получается, не интересует даже то, что пол в его доме моют раз в год (в прямой смысле это фразы).
“Пункт” следующий. Интересно, что достаточно большое место в романе уделяется истории Обломова, истории его формирования как личности. Рассматривается здесь и история возникновения “обломовщины”, история развития этого явления.
Имеют место быть два “источника”, повествующие об истории Обломова и “обломовщины”.
Во-первых, это две главы первой части, где мы узнаем о сущности Обломова, рассматривая то, как изменялся и изменялся ли “быт” вокруг него. Мы узнаем, что было с Ильей Ильичем при жизни родителей, что было, когда он был молод. По смерти отца и матери он стал единственным обладателем трехсот пятидесяти душ, стал получать больше дохода. Он “нанял квартиру побольше, прибавил к своему штату еще повара и завел было пару лошадей”.
Второй бесценный источник. Как-то, в очередной раз рассуждая про себя о жизни. Сон остановил медленный и ленивый поток его мыслей и мгновенно перенес его в другую эпоху, к другим людям, в другое место.”
Обломов увидел во сне свое детство. Ему было только семь лет.
Увидел он и ту самую “обломовщину”, тот быт. В благословенном уголке, в чудном крае упоительно лето, “ни страшных бурь, ни разрушений не слыхать в том краю”. И там, там все по одному кругу: поели, поспали, послушали рассказы-сказки, повязали, поразмышляли, поели, поспали. Ребенок же там всегда подле взрослого, подле маменьки или няни. Ребенка там “выхаживали”, берегли, опасаясь, иногда даже не давали шагу ступить одному.
Что ж, вот они и корни Обломова, корни “обломовщины” – все по заведенному плану, все делать по расписанию, все ставить в положенные места. Такой вот своеобразный быт. Обломовский.
Через изображение быта мы представляем себе время, воображаем обстановку, рисуя ее правильно, такой, какой она была. С помощью быта мы, конечно, глубже проникаем в героев. В конце романа возвращается халат, он становится, правда, еще более потрепанным, дырявым. Возвращается диван, хотя действие уже происходит в новом месте жительства Обломова, в “доме вдовы коллежского секретаря Пшеницына”.
Все то же самое, разве что одна новая деталь – мелькающие в полуотворенной двери комнаты голые локти хозяйки, работающие локти матери ребенка Обломова, матери маленького Андрюши. Сначала эти локти были белые, как-то по аристократически белые, но потом кожа состарилась, локти стали обычными. А потом некому стало на них смотреть.
Судьбу и жизнь Обломова проследили по единым деталям быта, увидели, что с Ильей Ильичем происходило, увидели, совсем не рассматривая фактов.
Такое мастерство пленяет.




1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд (No Ratings Yet)
Loading...


Кто писал сонеты.
Сейчас вы читаете: Мастерство в изображении быта героев одного из произведений русской литературы XIX века (По роману “Обломов”)