Роман М. Булгакова «Белая гвардия» был написан в 1923- 1925 годах. В то время писатель считал эту книгу главной в своей судьбе, говорил, что от этого романа «небу станет жарко». Спустя годы он называл его «неудавшимся». Возможно, писатель имел в виду, что той эпопеи в духе Л. Н. Толстого, которую он хотел создать, не получилось.
Булгаков был свидетелем революционных событий на Украине. Свой взгляд на пережитое он изложил в рассказах «Красная корона» (1922), «Необыкновенные приключения доктора» (1922), «Китайская история» (1923), «Налет» (1923). Первый роман Булгакова со смелым названием «Белая гвардия» стал, может быть, единственным в то время произведением, в котором писателя интересовали переживания человека в условиях бушующего мира, когда рушится основа миропорядка.
Один из важнейших мотивов творчества М. Булгакова — ценность дома, семьи, простых человеческих привязанностей. Герои «Белой гвардии» утрачивают тепло домашнего очага, хотя отчаянно пытаются сохранить его. В молитве Богородице Елена говорит: «Слишком много горя сразу посылаешь, мать-заступница. Так в один год и кончаешь семью. За что?. Мать взяла у нас, мужа у меня нет и не будет, это я понимаю. Теперь уж очень ясно понимаю. А теперь и старшего отнимаешь. За что?. Как мы будем вдвоем с Николом?. Посмотри, что делается кругом, ты посмотри. Мать-заступница, неужто ж не сжалишься?. Может быть, мы люди и плохие, но за что же так карать-то?»
Роман начинается со слов: «Велик был год и страшен год по Рождестве Христовом 1918, от начала же революции второй». Тем самым как бы предлагаются две системы отсчета времени, летосчисления, две системы ценностей: традиционная и новая, революционная.
Вспомните, как в начале XX века А. И. Куприн изобразил в повести «Поединок» российскую армию — разложившейся, прогнившей. В 1918 году на полях сражений Гражданской войны оказались те же люди, что составляли дореволюционную армию, вообще российское общество. Но на страницах романа Булгакова перед нами не купринские герои, а скорее чеховские. Интеллигенты, еще до революции тосковавшие по ушедшему миру, понимавшие, что надо что-то менять, оказались в эпицентре Гражданской войны. Они, так же как и автор, не политизированы, живут своей жизнью. И вот теперь оказались в мире, в котором нет места людям нейтральным. Турбины и их друзья отчаянно защищают то, что им дорого, поют «Боже, царя храни», срывают ткань, скрывающую портрет Александра I. Как чеховский дядя Ваня, они не приспосабливаются. Но, как и он, они обречены. Только интеллигенты Чехова были обречены на прозябание, а интеллигенты Булгакова — на поражение.
Булгакову нравится уютная турбинская квартира, но быт для писателя ценен не сам по себе. Быт в «Белой гвардии» — символ прочности бытия. Булгаков не оставляет читателю иллюзий относительно будущего семьи Турбиных. Смываются надписи с изразцовой печки, бьются чашки, потихоньку, но необратимо рушится незыблемость быта и, следовательно, бытия. Дом Турбиных за кремовыми шторами — их крепость, убежище от вьюги, метели, бушующей...

снаружи, но уберечься от нее все равно невозможно.
В роман Булгакова входит символ метели как знак времени. У автора «Белой гвардии» вьюга — символ не преображения мира, не сметания всего отжившего, а злого начала, насилия. «Ну, думается, вот перестанет, начнется та жизнь, о которой пишется в шоколадных книгах, но она не только не начинается, а кругом становится все страшнее и страшнее. На севере воет и воет вьюга, а здесь под ногами глухо погромыхивает, ворчит встревоженная утроба земли». Метельная сила разрушает жизнь семьи Турбиных, жизнь Города. Белый снег у Булгакова не становится символом очищения.
«Вызывающая новизна романа Булгакова состояла в том, что спустя пять лет после окончания Гражданской войны, когда не утихли еще боль и жар взаимной ненависти, он осмелился показать офицеров белой гвардии не в плакатной личине «врага», а как обычных, хороших и плохих, мучающихся и заблуждающихся, умных и ограниченных людей, показал их изнутри, а лучших в этой среде — с очевидным сочувствием. Что же нравится в этих пасынках истории, проигравших свой бой, Булгакову? И в Алексее, и в Малышеве, и в Най-Турсе, и в Николке он больше всего ценит мужественную прямоту, верность чести», — замечает литературовед В. Я. Лакшин. Понятие о чести — та точка отсчета, которая определяет отношение Булгакова к своим героям и которая может быть взята за основу в разговоре о системе образов.
Но при всей симпатии автора «Белой гвардии» к своим героям задача его не в том, чтобы решить, кто прав, а кто виноват. Даже Петлюра и его приспешники, по его мнению, не являются виновниками происходящих ужасов. Это порождение стихии бунта, обреченное на быстрое исчезновение с исторической арены. Козырь, бывший плохим школьным учителем, никогда не стал бы палачом и не знал о себе, что его призвание — война, если бы эта война не началась. Очень многие поступки героев вызваны к жизни Гражданской войной. «Война — мать родна» для Козыря, Болботуна и других петлюровцев, которым убийства беззащитных людей доставляют удовольствие. Ужас войны в том, что она создает ситуацию вседозволенности, расшатывает основы человеческой жизни.
Поэтому для Булгакова не принципиально, на чьей стороне его герои. В сне Алексея Турбина Господь говорит Жилину: «Один верит, другой не верит, а поступки у вас у всех одинаковые: сейчас друг друга за глотку, а что касается казарм, Жилин, то тут так надо понимать, все вы у меня, Жилин, одинаковые — в поле брани убиенные. Это, Жилин, понимать надо, и не всякий это поймет». И представляется, что этот взгляд очень близок писателю.
В. Лакшин отмечал: «Художественное зрение, склад творческого ума всегда объемлет более широкую духовную реальность, чем можно удостоверить свидетельством в простом классовом интересе. Есть пристрастная, имеющая свою правоту классовая истина. Но есть общечеловеческая, бесклассовая мораль и гуманизм, выплавленный опытом человечества». На позициях такого общечеловеческого гуманизма стоял М. Булгаков.



1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд (No Ratings Yet)
Загрузка...

Анализ романа «Белая гвардия» Булгакова М. А. II