Что я понял, прочитав трилогию «Дядя Степа»

Добр и весел детский любимец дядя Степа из трилогии «Дядя Степа» (1935), «Дядя Степа — милиционер» (1954) и «Дядя Степа и Егор» (1968). В непосредственности и добродушии главный секрет обаяния героя. Отношение дяди Степы к людям определяется по-детски беззаветной верой в торжество добра. В чем особенность юмора Михалкова? Как это ни парадоксально звучит, в том, что поэт никогда не смешит детей специально. Напротив, он рассказывает серьезно, волнуется, недоумевает, спрашивает, говорит с жаром, ища сочувствия. А дети смеются. Сергей Михалков

не актер, но когда его просят прочесть «Дядю Степу», он читает так, как не удается никому другому, будто всей душой сочувствуя человеку, которому так неудобно со своим ростом. Дядя Степа волнуется перед прыжком с парашютом, а над ним смеются:
Вышка с вышки прыгать хочет!
В кино ему говорят: «Сядьте на пол». Все приходят в тир развлекаться, а бедному дяде Степе и втиснуться-то под «низенький навес» трудно. Он туда «еле влез». Так читает автор, точно удивляясь: отчего все смеются? Что тут смешного?
Очень развлекает детей то, что, стоит дяде Степе поднять руку, и он будет казаться семафором. А что было
бы, если бы он не поднял руку? Крушение. И незаметно в сознание читателей входит понимание единства житейского и героического, простоты и величия. «Он стоит и говорит (не правда ли, проще невозможно?): «Здесь дождями путь размыт». Возможность катастрофы возникает в сознании ребенка лишь мимолетно. Главное другое: «Я нарочно поднял руку — показать, что путь закрыт».
В этой комической ситуации полностью и в то же время неназойливо проявляется благородство характера. Смешно, что человек может стать семафором, дотронуться до крыши. А ведь при этом он спасает людей.
Во время войны Сергей Михалков был на фронте. Про своего героя — моряка дядю Степу поэт дописал продолжение о том, как тот плавал на линкоре «Марат» и «ранен был немножко, защищая Ленинград». Но вот война кончилась — появились новые стихи. Назывались они «Дядя Степа — милиционер». Старый знакомый ребят стоит на посту около высотного дома на площади Восстания. Дядю Степу узнали и полюбили ребята из разных стран, потому что стихи про него так всем понравились, что их перевели на многие языки. Художники сделали мультипликационный фильм, а артисты сыграли спектакль «Дядя Степа».
Почему же все так полюбили Степана Степанова? Может быть, потому, что он великан?
Но ведь в разных сказках есть столько великанов, которых никто не любит, а все только боятся! Это и кровожадные людоеды, и свирепый Карабас-Барабас, и страшилы из «Алисы в стране чудес».
«Главного районного великана» из стихов Михалкова любят за то, что он помогает и детям и взрослым. А вот для хулиганов он — гроза. И репортеры из заморских газет, как только узнали, что у чемпиона Егора папаша — милицейский старшина, то поклонились,
По-английски извинились И, закрыв магнитофон, Быстро выбежали вон.
Сатира в стихах Михалкова на общественно-политические темы выражает неприятие поэтом отрицательных явлений действительности, отвращение к порокам капиталистического общества. Таковы сатирические произведения, имеющие яркую политическую окраску, «Миллионер», «Есть Америка такая», а также «Девочка и дядя Том» — политический памфлет, написанный в резко сатирическом плане. Автор сгущает, концентрирует отрицательное, обнажая в беспощадной критике пороки, скрытые за внешним лоском. Публицистичность, плакатная обобщенность политических стихов не
— Ждут пассажиры, Водители ждут — Мимо машин ребятишки идут! («Смена».)

1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд (1 votes, average: 5,00 out of 5)


Сейчас вы читаете: Что я понял, прочитав трилогию «Дядя Степа»